Ukraine v England: Roy Hodgson defends team's performance Hodgson was delighted with the performance of England's defence Manager Roy Hodgson was satisfied with England's result
01 / 03

Ukraine v England: Roy Hodgson defends team's performance

Read more
02 / 03

Hodgson was delighted with the performance of England's defence

Read more
03 / 03

Manager Roy Hodgson was satisfied with England's result

Read more

Давлат органлари веб-саҳифалари

  • Ўзбекистон Республикаси Президентининг расмий веб-саҳифаси

    President.uz

  • Ўзбекистон Республикаси Президенти виртуал қабулхонаси

    Pm.gov.uz

  • Тараққиёт стратегияси маркази

    strategy.uz

  • Ягона интерактив давлат хизматлари портали

    my.gov.uz

  • Ўзбекистон Республикаси очиқ маълумотлар портали

    data.gov.uz

  • Ўзбекистон Республикаси Адлия вазирлиги

    minjust.uz

  • Ўзбекистон Республикаси Бош прокуратураси

    prokuratura.uz

  • Ўзбекистон Республикаси Ички Ишлар вазирлиги

    iiv.uz

  • Ўзбекистон Республикаси Олий суди

    supcourt.uz

  • Ўзбекистон Республикаси Ташқи ишлар вазирлиги

    mfa.uz

  • Ўзбекистон Республикаси Олий Мажлиснинг Сенати

    senat.uz

  • Олий Мажлис Қонунчилик палатаси

    parliament.gov.uz

 

Причины возникновения коррупции в современном обществе

Аннотация: В статье рассматривается историко-правовое понятие коррупции. Предлагается авторское определение коррупции. Обозначены основные причины ее возникновения и распространения, а также общее направление по ее предупреждению в Узбекистане. 

С приобретением независимости Узбекистан успешно строит открытое демократическое правовое государство с развитой рыночной экономикой. Однако, «как свидетельствует история, происходящие изменения в экономической и политической жизни любого общества сопровождаются, как правило, негативными последствиями. … Это в полной мере свойственно современному этапу развития нашего государства – Республики Узбекистан»[1].

Одним из таких негативных последствий является коррупция, в отношении которой Первый Президент Республики Узбекистан И.А. Каримов сказал, что «в истории каждого государства переход к новому социальному строю, к сожалению, всегда был сопряжен с такими отвратительными явлениями, как коррупция и преступность»[2].

Следует отметить, что, несмотря на многочисленные попытки анализа

феномена коррупции, выявления ее природы, на сегодняшний день отсутствуют адекватные и объективные объяснения факта существования данного социального явления. Ряд исследователей рассматривает коррупцию как отражение извечных человеческих пороков, другие видят причину коррупции в неэффективных законах. Еще большее число ученых считает главной причиной коррупции – существование государства, с его многочисленным корпусом чиновничества, способствующего бюрократизации общественной жизни.

Однако изучение причин коррупции сопряжено с некоторыми серьезными трудностями, главная из которых – это очень высокая латентность коррупционных проявлений. Кроме того, оценка степени коррумпированности общества значительно затруднена в связи с крайней ограниченностью показателей, которые могут быть использованы для их характеристики. Помимо этого, «облик» коррупции определяется не каким-то отдельным фактором, а является следствием сложного комплекса причин. При этом выделить и оценить степень воздействия каждого в отдельности чрезвычайно трудно.

Кроме того, ряд факторов, влияющих на коррупцию, в той или иной степени, являются ее последствием. Например, низкий уровень экономического развития в определенной степени способствует увеличению коррупции, которая, в свою очередь, является серьезным барьером для нормального экономического роста; политическая нестабильность, как правило, провоцирует коррупцию, однако коррупция сама может стать причиной нарушения общественной стабильности. Другими словами, в отношении ряда факторов далеко не очевидной является причинно-следственная связь, что также затрудняет исследования в этой области.

Причины, обуславливающие коррупцию крайне разнообразны по своей природе, формам проявлений, направленности воздействия. Попытка систематизации причин коррупции путем деления их по степени устойчивости и стабильности во времени приводит к ниже описанной причинной иерархии:

Наиболее статичными являются природные (природно-ресурсные) и со-циокультурные факторы, которые определяют общую предрасположенность

(или непредрасположенность) общества к проявлениям коррупции.

Экономические факторы обуславливают «коррупционный облик» страны в долго – и среднесрочные периоды.

Наиболее динамично изменяющиеся политические и правовые факторы определяют коррупцию в непродолжительные (краткосрочные) промежутки времени.

1. Природно-ресурсные факторы

К числу природных факторов, в той или иной степени оказывающих влияние на уровень коррумпированности общества, может быть отнесена степень обеспеченности страны природными ресурсами (минеральными, лесными, водными, агроклиматическими и др.). Влияние данного фактора может быть расценено двояко. C одной стороны, наличие значительных природных ресурсов является базой для экономического развития страны, что, в свою очередь, может способствовать снижению коррупции. Но при этом природные богатства являются мощным стимулом, своего рода, провокационным фактором для «рентоориентированного» поведения.

Кроме того, в обществе, изначально обладающем естественным богатством, складывается особый «потребительский», «нехозяйский» тип взаимоотношений, что является благоприятной средой для развития коррупции.

2. Социокультурные факторы

Оценка воздействия на коррупцию социокультурных факторов является наиболее сложной задачей ввиду «нематериальности», «эфемерности» этой сферы. Однако именно культурную предрасположенность социума следует рассматривать как основную причину коррупции.

Бесспорным является тот факт, что распространению коррупции в Узбекистане в немалой степени способствует недостаточная степень сформированности гражданского общества с его нравственными ценностными приоритетами.

Кроме того, на проникновение коррупции во многие сферы жизни общества влияет пропаганда средствами массовой информации насилия и

бездуховности, пренебрежительного отношения к нравственным принципам и традиционным узбекским ценностям – бескорыстному служению Отече-ству, совести и справедливости, взаимопомощи и коллективизму.

Эксперты полагают, что противоправное и коррупционное, в частности, поведение в значительной мере становится нормой в обществе[3]. На бытовом уровне порядочность, неподкупность, некоррумпированность считаются синонимом неумелости и неудачливости. Мелкие взятки, подарки считаются нормой, формой проявления благодарности за услуги, даже если они и полагающиеся.

Сложившуюся ситуацию в обществе подтверждают данные проведенного нами социологического исследования в 2014-2015 гг.[4] Так, опрошенные считают, что материальное вознаграждение (в том числе подарки) за ту работу, которую люди различных профессий (врачи, учителя и т.д.) должны делать бесплатно, не имеет ничего общего с поощрением коррупции (26,0%).

Кроме того, в негативном эффекте коррупции убеждены в современном Узбекистане лишь  43,0% граждан. 19,0% опрошенных считают коррупцию явлением с нулевым эффектом, а каждый седьмой полагает, что коррупция в целом приносит пользу. Эти данные свидетельствуют, что мнение о преимущественно негативном влиянии коррупции хотя и проникло «в массы», но неглубоко. Отсюда следует вывод, что от наших соотечественников можно ожидать одобрения усиления борьбы с коррупцией, но одобрения не абсолютного! Чуть менее половины опрошенных (те, кто не ждет от такой борьбы облегчения в решении своих проблем) могут оказать сильное противодействие антикоррупционным программам властей.

Вместе с этим проявляются общая слабость гражданских позиций населения и его явно недостаточная готовность непосредственно участвовать в антикоррупционных действиях. Данные социологических исследований показывают, что только менее половины опрошенных готовы в той или иной мере оказывать помощь правоохранительным органам в борьбе с коррупцией. Среди причин такого положения указываются: бесполезность усилий (34,0 %), неуверенность в результативности собственного участия (27,0) % и опасность участия в антикоррупционной борьбе лично для себя, своих родных и близких (32,0 %).

Коррупция в системе государственного и муниципального управления, а также в судебных и правоохранительных органах, наличие слабо работающего механизма защиты граждан от коррупционного воздействия приводят массы населения к неверию в перспективность противодействия коррупции, убежденности в том, что все подобные попытки либо обречены на провал, либо представляют собой простую имитацию.

Таким образом, среди наиболее распространенных мнений в узбекском обществе, имеющих коррупциогенный характер, следует выделить:

1) инициативную готовность платить взятку за реализацию своих законных интересов;

2) инициативную готовность вознаграждать незаконные действия, связанные с реализацией интересов, получением незаконных льгот и привилегий;

3) неготовность к активному противодействию коррупционному вымогательству в связи с реализацией интересов (уклонение от обращения за помощью в правоохранительные органы и от оказания помощи правоохранительным органам, наделенным полномочиями в сфере борьбы с коррупцией).

Следовательно, население привыкает к коррупции, не воспринимает ее однозначно как зло и даже принимает как норму поведения в современном обществе.

3. Социально-экономические факторы

Основной закономерностью пространственных особенностей коррупции является зависимость степени коррумпированности страны от уровня ее экономического развития. В этом аспекте существует и обратная взаимосвязь, которая прослеживается следующим образом. Исследования коррупции Международным Валютным Фондом идентифицировали ее негативное воздействие на экономический рост. Так, увеличение коррупции на одну единицу (по шкале от 0 до 10) будет снижать реальный рост Валового Национального Продукта на душу населения на 0,3–1,8 %[5].

Коррупция понижает экономический рост путем сокращения потока инвестиций, вовлечения талантливых людей в непродуктивную деятельность, неэффективного управления богатыми естественными ресурсами; кроме того, коррупция является фактором отсрочки структурных реформ, направленных на повышение экономического роста.

Значительное влияние на рост коррупции, как показывают многие исследования, оказывают резкие изменения степени поляризации общества по уровню доходов и уровня экономической нестабильности, прямо влияющего на стабильность статуса потенциального коррумпанта (тот, кого подкупают) и коррумпатора (тот, кто подкупает). Специфика последнего экономического фактора коррупции состоит в том, что он предопределяет рост объемов коррупции вне зависимости от своей направленности: и слишком быстрый экономический рост, и слишком быстрое падение экономики с одинаковой вероятностью могут провоцировать рост объема коррупционной преступности.

В Узбекистане каждая новая вспышка экономического кризиса неизменно активизировала коррупционные механизмы перераспределения имущества и экономических выгод в пользу тех, кто лучше других умел пользоваться этим механизмом. В итоге господствующее положение в узбекской экономике заняли не те, кто исповедовал идеологию честного и ответственного бизнеса, а те, кто научился взаимодействовать с коррумпированным чиновничеством.

Узбекский вариант экономических реформ, судя по всему, изначально

был ориентирован на преимущественно коррупционные механизмы приватизации национального достояния. Коррупционные стереотипы экономического поведения постепенно стали господствующими среди предпринимателей всех уровней. Узбекский бизнес начал рассматривать коррупцию не только как важнейший фактор экономического успеха и конкурентной борьбы, но и как инструмент прямого влияния на экономическую политику государства.

Анализ результатов многочисленных исследований по затронутой проблеме позволяет отнести к числу наиболее значимых собственно экономических факторов коррупции следующие явления:

- хотя и незначительный, но постепенный рост уровня дохода и общей бедности;

- наличие теневой экономики, которая в определенной степени влияет на общую экономику страны;

- учащение  включения в экономический оборот практики «отмывания» доходов, полученных незаконным путем;

- пока еще высокие налоги для коммерческих организаций;

- временная неустойчивость экономической ситуации;

- разрешительный принцип, охватывающий практически все сферы экономической активности.

Экономический фактор характеризуется тем, что в результате хода реформ, разгосударствления собственности, массовой приватизации, неупорядоченности экономических отношений возникли условия использования государственными чиновниками своих должностных полномочий для влияния на экономические процессы в стране с целью создания новых возможностей для различного рода и размера должностных злоупотреблений. Это влияние сегодня является тем «товаром», которым обладает определенная часть высокопоставленных работников государственного аппарата, и который становится объектом коррупционных и криминальных интересов.

С другой стороны, немалая  часть государственных служащих, как показывают результаты социологических исследований[6], далеко не удовлетворены своим материальным положением: если материальные мотивы поступления на государственную службу не были очень важны для большинства опрошенных, то среди причин неудовлетворенности своей работой они занимают первое место – 48,0 % респондентов отметили в качестве такой причины низкую зарплату. Это можно выделить как проблему недостаточной материальной мотивации добросовестного труда государственных служащих.

Наиболее важным экономическим показателем в контексте коррупции является уровень заработной платы в органах государственной власти. Рассмотрению этого аспекта посвящен ряд работ зарубежных исследователей[7]. Не подлежит сомнению утверждение, что низкая заработная плата чиновников является мощным стимулом для коррупции: в этом случае возникает необходимость создания дополнительных источников доходов, которым, может стать, например, взяточничество. Кроме того, высокие официальные доходы чиновников повышают ценность занимаемых должностей, и, таким образом, увеличивают риск понести значительные потери при совершении коррупционных действий.

Покупка государственных должностей как вид кадровой коррупции, является одной из составляющих социально-экономического коррупциогенного фактора не только Узбекистана, но и других стран. Например, осознанием масштабности распространения данных проблем в России служит высказывание  Д.А. Медведева: «Очень часто решения о назначении на ведущие должности принимаются по знакомству, по принципу личной преданности. К сожалению, бывает и такое, и – это наиболее отвратительная ситуация! – просто за деньги, то есть должности продаются»[8].

Анализ возбужденных в Республике уголовных дел за последние пять лет, связанных с должностными преступлениями, свидетельствуют о том, что такая практика, правда, редкая, но присуща и Узбекистану.[9].

4. Политические факторы

Среди наименее подверженных изменениям во времени политических факторов следует выделить особенности государственного строя. Государственный строй любой страны характеризуется, прежде всего, формой правления. Теоретически, при монархической форме правления, когда власть сосредоточена в руках узкой группы людей или даже одного человека – монарха, следует ожидать высокую коррумпированность общества, и, наоборот – в республике как наиболее демократической форме правления коррупция должна быть значительно ниже. В реальной же действительности теоретические предположения не подтверждаются[10].

Административно-территориальной устройство страны также может оказывать влияние на степень коррумпированности общества. Этот факт признается многими исследователями, однако единого мнения на этот счет нет. Так, ряд специалистов (С. Роуз-Аккерман, Д. Трейсман) придерживаются точки зрения, что федерация обладает более эффективной и менее коррумпированной системой власти, основанной на принципе взаимодополнения и взаимоконтроля структур федерального и местного уровня. Другие исследователи (С. Шиаво-Кампо, Дж. де Томмасо, А. Мукерье) склонны рассматривать федеративную форму административно-территориального устройства как заведомо более коррумпированную, чем унитарную, в связи со значительно большей «раздутостью» государственного аппарата и с меньшей степенью контроля над месттными властями со стороны центра.

Политика как практика управления государством и коррупция всегда были тесно связаны. Более того, коррупция зачастую становится либо «спусковым крючком» глубоких политических изменений (как это было в Германии в 1933 году), либо главной пружиной таких изменений (как это можно было наблюдать на примере новейших «цветных революций» в Грузии, Украине и Кыргызстане). Любое государственное устройство объективно (в большей или меньшей степени) чревато коррупцией. В этой связи никакое государство не способно избежать договорного или насильственного ограничения права граждан (подданных) самостоятельно распоряжаться своими правами и свободами.

Важное значение в отношении коррупции могут иметь наличие устойчивых традиций демократии в обществе, и, как следствие, высокая степень общественно-политических свобод.

Так, Д. Трейсмэн отмечает закономерность, что страны с большим историческим опытом демократии в значительно меньшей степени подвержены коррупции, чем страны, не обладающие таким опытом или же имеющие относительно небольшой опыт[11]. Высокая степень общественно-политических свобод повышает вероятность огласки и, как результат, раскрытие коррупционных действий. Таким образом, свободное гражданское общество является залогом низкой коррумпированности государства. 

Не подлежит сомнению тот факт, что политическая нестабильность провоцирует рост коррупции. Исследования в этой области проводились Р.Ла-Порта, Ф. Лопе-де-Силанес, Ф. Шлейфер и др.,  результатом которых стало выявление тесной взаимосвязи между частотой смены правительств и правительственных лидеров стран и индексом коррупции.

Типичными для современного Узбекистана политическими факторами коррупции являются:

- не полностью и эффективно урегулированное политическими правилами переплетение власти и бизнеса;

- неразвитость института легального лоббирования экономических интересов;

- пока еще слабость гражданского контроля;

- отсутствие законодательного акта, который бы внес ясность и последовательность в  антикоррупционную политику;

- полная неготовность политических партий к отказу от использования коррупции как инструмента политической борьбы;

- неразвитость института коллективной и индивидуальной политической ответственности за последствия коррупционного поведения высших чиновников.

5. Правовой фактор

Правовой фактор, с одной стороны, отражает то, что главная проблема в

сфере правового обеспечения противодействия коррупции – это отсутствие целенаправленного антикоррупционного законодательства, которое полностью определило бы порядок взаимодействий представителей власти и носителей экономических интересов, власти и гражданского общества, власти и граждан. С другой стороны, органы законодательной власти также являются объектами коррупционных интересов, а часть представляющих их законодателей различного уровня – активными участниками коррупционных действий. Такое положение тормозит развитие правового обеспечения противодействия распространению коррупции, создает условия для ее расширенного воспроизводства. Кроме того, сами государственные служащие отмечают недостаточность правовой регламентации их деятельности, что тоже объективно способствует распространению коррупции в органах власти.

Коррупциогенность правового комплекса охватывает значительное число взаимосвязанных явлений законотворчества, правоприменения, правовых учреждений, правового сознания, правового воспитания и правового поведения.

Сущность правовой нормы как общего правила поведения предполагает необходимость наделения правоприменителя определенной свободой усмотрения. Чем больше этой свободы, тем шире объективные возможности

для злоупотребления ею.

Многие специалисты обоснованно отмечают, что если бы можно было заменить общие для всех правила поведения индивидуальными, проблема коррупции исчезла бы вместе с правовыми нормами, поскольку отпала бы необходимость их толкования и применения.

Однако нельзя не видеть и другого аспекта проблемы: излишняя определенность (жесткость) нормы исключает возможность исправить несправедливость при ее применении и провоцирует совершение наиболее опасных коррупционных правонарушений - дачу и получение взятки за заведомо незаконные действия (бездействие).

До настоящего времени узбекский законодатель не определил критерии допустимого уровня энтропии неопределенности правовой нормы.

В этой связи на правоприменителе лежит трудно реализуемая обязанность конкретизации правовых установлений и восполнения существующих в них пробелов.

Толкование законов самим законодателем (несмотря на очевидные его преимущества) отошло на второй план, и в основе имеет место не всегда системный характер. Сегодня потребность в аутентическом толковании значительно увеличилась. Свою крайнюю остроту данная проблема приобретает применительно к наиболее крупным законодательным актам - кодексам, закрепляющим большое число так называемых оценочных норм, так или иначе регулирующих (в том числе охраняющих) экономические отношения.

Таким образом, наличие в законах и подзаконных нормативно-правовых актах отдельных недостатков и пробелов, создающих предпосылки для различных коррупционных злоупотреблений, то есть существование так называемых «коррупционных ниш», является одним из условий живучести и дальнейшего распространения коррупции. Именно отсутствие в законодательных актах регулирований прямого действия позволяет чиновникам трактовать закон в свою пользу на основании внутриведомственных распорядительных актов или принимать произвольные решения без ссылки на соответствующий нормативно-правовой акт.

Имеется множество признаков коррупционности (коррупциогенности) законов и подзаконных нормативно-правовых актов, в частности, такие как: множественность вариантов диспозиций правовых норм, широкие возможности ведомственного и локального нормотворчества, отсутствие конкурсных и аукционных процедур, отсутствие детализированных запретов и ограничений для государственных и муниципальных служащих в реализации ими своих полномочий, контроля, в том числе общественного, за деятельностью органов власти. Существенные «коррупционные ниши» имеются практически во всех законодательных актах, относящихся к разрешительной системе и распределению ресурсов. Причем отдельные нормативные предписания внедрялись в законодательные и иные правовые акты путем лоббирования со стороны соответствующих групп влияния.

Суммируя различные экспертные оценки по данной проблеме, необходимо выделить следующие общие правовые факторы роста коррупции:

- пробелы в правовом регулировании антикоррупционной политики (отсутствие лоббистского законодательства, закона о нормотворчестве, закона об антикоррупционной экспертизе и др.);

- господство в национальном законодательстве, так или иначе регулирующем (в том числе охраняющем) сферу экономики, правовых норм, не имеющих официального толкования;

- наличие так называемого делегированного экономического законодательства, т.е. передаваемого самим законодателем другим органам (ветвям власти) полномочий по урегулированию тех или иных экономических отношений, прямо не урегулированных в законе;

- господство в уголовном и административном законодательстве норм с альтернативными, относительно определенными санкциями;

- определенный недостаток административно-правовых запретов на различные виды коррупционного поведения чиновников, наделенных различными полномочиями.

Итак, основные выводы проведенного анализа касаются современного состояния коррупции и комплекса причин, вызывающих предрасположенность общества к коррупционной манере поведения. К их числу можно отнести наличие природных ресурсов, уровень экономического развития, степень монополии государства, политическую нестабильность. Однако неразрешимой трудностью представляется комплексность воздействия этих факторов, их внутренняя взаимосвязь и взаимозависимость, что практически исключает возможность оценки степени влияния каждого из них в отдельности. Тем не менее, выявление сфер, ответственных за существование коррупции, необходимо для определения приоритетов и направлений деятельности в деле предупреждения и борьбы с этим явлением.

 

                      Эрнест Каспаров - старший преподаватель Национального

                                университета Узбекистана им. МирзоУлугбека, к.ю.н.



[1] См.: Пулатов Ю.С., Алимов Г.А. Квалификация и предупреждение коррупционных преступлений: Монография. – Т.: ГУП  “ ITELLEKT EKSPERT”, 2016. – С. 3.

[2] Каримов И.А. Справедливость должна быть основой нашей деятельности //Своё будущее мы строим своими руками. Т. 7. – Т.: Ўзбекистон, 1999. – С. 336.

[3] См.: Гражданское общество в борьбе с коррупцией: история и современность. Материалы Открытого регионального форума / под редакцией С.А. Репинецкого, А.П. Аржанова. – Самара: Дом книги , 2015.

[4] Опросом было охвачено 2 тысячи граждан г. Ташкента из различных сфер профессиональной деятельности, в том числе и  временно неработающие.

[5]См.: Global Corruption Report 2001. Transparency International.http://www.globalcorruptionreport.org/gcr2001.shtml.

[6] Опросом было охвачено 1000 государственных служащих  Узбекистана в 2014-2016 гг.

[7]См.: Schiavo-Campo, S., de Tommaso, G., Mukherjee, A. In: An International Statistical Survey of  Government Employment and Wages, World Bank , Washington, DC, 1997.

[8] См.: Аргументы и факты. – Москва, 2008. - № 31. - С.9.

[9]Криминологические исследования, посвященные изучению коррупционной пораженности различных категорий должностных лиц, показывают, что наиболее уязвимыми с коррупционной точки зрения являются руководящие должности (См. об этом, например: Суд ваҳуқуқни муҳофаза этувчи органлар фаолиятига коррупция: унинг ўзига хос хусусиятлари ва унга қарши курашиш усуллари: Илмий-амалий конференция материаллари. – Т.: ТДЮИ, 2003; Коррупциягақарши курашиш – жамият ва давлат хавфсизлиги гарови: Республика илмий-амалий конференция материаллари. – Т.: Ўзбекистон Республикаси ИИВ Академияси, 2016 и др.).

[10] D .Treisman, The causes of corruption: a cross-national study, Journal of Public Economics, № 76, 2000.

[11] D. Treisman, The causes of corruption: a cross-national study, Journal of Public Economics, № 76, 2000, 456-457.

 

БИЗ БИЛАН БОҒЛАНИНГ

Манзил: 100142, Ўзбекистон Республикаси , Ташкент шаҳар, Мирзо Улуғбек тумани, Буюк ипак йўли кўчаси, 471

Тел: +99871 2616143

Факс: +99871 2616143

Email: Бу электрон манзил спамлардан химояланган. Уни куриш учун JavaScript ни ишга туширишингиз керак.

Email: Бу электрон манзил спамлардан химояланган. Уни куриш учун JavaScript ни ишга туширишингиз керак.

Сайт: http://paruz.uz

Барча хуқуқлар ҳимояланган. Сайт материаларидан фақат Ўзбекистон Республикаси Адвокатлар палатаси розилиги билан фойдаланиш мумкин

JoomShaper